За углом

Замок открылся одинарным поворотом ключа, я раньше обычного вернулся с работы. Всегда закрываю на два поворота. Увидев что внутри всё нормально, успокоился. Телевизор, он же монитор компа на месте, а сам комп всегда беру на работу. И я провёл обычно вечер. Досмотрел сериал Во все тяжкие, очень мне нравится. Ел. Ел ещё, и ещё, а потом удивляюсь что поправляюсь. В душе почистил зубы и помылся, поставил стираться свой рюкзак. И пришло время сгрести воду с пола на балкон, где у меня водосток, как принято в .il, прямо на тротуар. А вода из душа всегда натекает в комнату. Вчера я как раз то и купил новую, красивую резиновую водосгребалку для пола. И похолодел. Кровь замерла. Реальность вдруг обрушилась на меня. Новой резиновой водосгребалки для гладкого пола ни где не было. Я нездорово отношусь к своим вещам. Прям болезненно. В соседней квартире производится радикальный ремонт, с ломкой и заменой всего. Весь подъезд перепачкан стройматериалами. И мне завтра вернут, видимо, уже перепачканную, использованную другими, мою вещь. Я решил что это квартирная хозяйка, имеющая ключи. Она владеет всеми квартирами в доме. Я как то травмировался. Это моя квартира. Частное, тут мой уголок, приют. Интим и тайны мои. Она не попросила, не сообщила, да и вообще может и не она заходила. Насилие. Лопнуло что то в моей жизни. Какая то опора. Чувство покоя и безопасности ослабло. Неприятно и даже что то как страх небольшой.
Долорит растёт:

История прошлого - причина настоящего

Я родился в городе у Московской Кольцевой Дороги. 20 минут пешком до метро. Мама с папой приехали из разных мест, но учились вместе в МХТИ им Менделеева. Я родился когда они были в возрасте 38 лет, они ровесники. Сестра моя на 10 лет старше. Мать в детстве прошла через страшную эвакуацию в Омск из Днепропетровска. Ее мать еврейка и коммунистка не могла дожидаться фашистов, её порвали бы в клочья, а отец 4 раза осуждённый по политическим статьям за сионистскую деятельность, погиб в лагере, на Беломорканале в 38 году. Моя мать от такого детства стала тяжеловатым недоверчивым человеком. Всё любит держать под личным контролем. О семье отца знаю лишь что они матёрые башкиры, его отец погиб на финской войне тоже, кажется, в 1938. Моя мать чистая еврейка-ашкенази ( польско - немецкого происхождения), а отец чистый башкир, мне представляется потомок соратников Емельяна Пугачёва и Салавата Юлаева.
Теперь я думаю что отцу, умному и продвинутому в институте было тяжело с матерью. Ещё до моего рождения он стал сильно пить. Они развелись когда я был совсем маленьким. Он совершенно спился. До самых низов человеческого существования. Иногда бросал, приходил, мать пускала, жил немного, снова начинал пить, были скандалы и всякого рода сопутствующие неприятности, как, например, милиция или как он однажды об мою подростковую голову разбил стул и у меня остался шрам. Однажды он кого то сильно покалечил и его посадили. Когда вышел мать по знакомству в мэрии устроила ему квартиру. Он снова стал пить и, скоро умер, мне было ~18лет. Я его никогда не любил, видеть его мне было неприятно, да и очень редко приходилось. Говорить о нем мне противно.
С сестрой я не общался, она меня недолюбливала, ревновала, наверное, мать меня всегда любила безумно. К тому же разница в возрасте, ее тусовки с парнями, пиво и сигареты...
Потом продолжу...