pynhas | Продолжение Истории (2)

В детском саду мне очень нравился один мальчик. Я с ним играл контактно. И любя свою маму, называл ее его именем. Время было коммунистическое, район преступный, да и не важно, гомосексуал был самым низким в иерархии человеческого достоинства. Этим обзывали со злости. Впрочем как и словом еврей. Впрочем как и сейчас. Я не признавая никогда себя голубым, влюбился в одноклассника Алёшу, с большими очень синими радужными оболочками глаз и смуглой, южнорусской кожей на худом и сильном рельефном теле. Он мог как то меня крепко взять или что то потребовать, я внутренне замирал от сладости. Мне нравилось исполнять его желания. Все мои друзья ходили на какие то тревожащие меня посиделки к красивым одноклассницам, и Алёша был в том особенным участником. Я продолжал тихо и молча внутри его любить и млеть от случайного прикасания, любое занятие с ним наполняло адреналиновым волшебством. На некоторых уроках сидели за одной партой, моя нога прижималась к красивой такой его, он не обращал внимания, а я не обращал внимания на всё остальное. А мне так сильно хотелось прижаться щекой к нему! В классе при этом я был хулиганом и вполне авторитетным и много дрался. Вначале учился на 4 и 5, а 3-4 классе стал получать тройки. Во дворе мои друзья были из моего же дома. 9 этажей, 4 подъезда, хрущевской постройки. Я был старшим в компании и устраивал ролевые игры. И иногда происходили как бы случайные, но мне очень приятные контакты с мальчиками друзьями. Иногда мы даже имитировали половой акт. Я так же любил бороться и проигрывать сексуальным друзьям, чтоб он, поборов, усаживался на меня, зажав голову между ляжек, так было, почему то, принято и так мне страшно нравилось. Я тогда не думал о своей сексуальной ориентации, но с девочками не дружил, их жутко боялся, и завидовал друзьям, что ходят играть с ними в некие игры с поцелуями и залезанием под одеяла, я же и хотел и в то же время, боялся этого, настолько, что понимал невозможность моего там присутствия. Кроме того у меня была сексуальная проблема. Мой папа из ислама, мама еврейка, а мне обрезания они не сделали. А моя крайняя плоть не давала головке выйти. И я думал что я неправильный, я не смогу никогда заниматься сексом, и онанизмом я тоже не занимался. Даже думал сам себе сделать ножницами в ванной операцию. пытался надрезать уздечку, не получилось, не помогло. Фу, первый раз это высказал. В Молдавию ездили каждый год на месяц летом до 13 моих лет. Там тоже был мальчик, мой родственник, очень харизматичный и сексуальный, мой тёзка. Ещё был мальчик в пионерском лагере, месяц платонической любви. Вообще тонкие, светлые, харизматичные мальчики могли всегда стать объектами моего желания.
Продолжу попозже...